раньше

"Раньше я любила лето, но потом поняла, что лето может быть в любое время года, были бы деньги... Теперь я люблю деньги"

ешь

Не нужно бороться за счастье – можно просто выбирать себе вариант по душе

(Вадик Зеланд)

давай

я окрепну печеньем и летним вечером вдруг опущу руки чтобы снять одежду не нужно музыки и упреков я просто войду в тебя не влюбиться нельзя молчать пусть не словами так чем-то другим я ударю и разлетятся вдребезги твои и мои мысли хотя и нелепы но имеют право на жизнь среди молний нелегка но отдает озоном как и вчера после дождя спою молча и невпопад

Люлит Афанасьевич

в этот раз я тебя прощаю. прощай, дорогая. плачь, не зови. на завтрак тебе приготовил салат из вечной любви

нада

О: надо двигаться. а шо ж

нуи

Some keepin quiet, while I’m starting a riot

Just give me a reason, and it’s gotta be live.
I’m sitting alone in a one bedroom home,
like a rocket ship that’s about to explode


Metaform - ElectricEyes

чавка

іноді домовитись не виходить. їдять тебе, або ти, або обох. гордість кусає, злість пускає отруту, образа повільно пережовує, смачно чавкаючи; ніхто і не помітить смерть ще однієї посмішки

вата

AP: сладкая вата ням

vdm: вопще это гороховая каша на сковородке после 3 дней игнорирования

куда

а ТЫ куда едешь?

чоза

иногда тебе подсовывают откровенный мусор. долго не знаешь, что с ним делать, жаль выбросить, а толку никакого. ладно с ним с толком, пытаешься придумать "а что бы это значило", но уже поздно - не рыться же в мусорном ведре. удивительно, но тот самый толк создается в момент обращения внимания, уже сам факт пребывания тебя с "этим" наедине - событие. и никуда не денешься; избирательности жизни можно только посочувствовать, вкусив очередной мусор от автора. не серчай, заходи на кофе-сок-чай

дерево

раз ты здесь, тогда расскажу тебе одну сказку. жило-было дерево. Сначала маленькое, как и все при рождении, потом выросло, потому что тепло и влажно было той весной, летом и не очень жестко зимой. Рядом росли такие же деревья, но каждое чем-то отличалось от другого, как и у людей. Они соревновались друг с другом, росли все выше и выше, питаясь водой и солнцем, пением птиц и ветром. И вот однажды в их края заглянул человек с фотокамерой и запечатлил их в отражении реки. никогда дерево не могло себе представить, что может стать частью чьей-то жизни, пускай не такой красочной, как, например, цветы или рассвет, но все же. Удивленно покачиваясь в закатных лучах, оно провожало молчаливо человека с фотокамерой, совсем забыв попросить показать, как оно получилось на снимке. У человека было много снимков, и совсем не странно, что только спустя некоторое время это дерево снова появилось и непонятно, чем, но порадовало и продолжает это делать и по сей день. Так дерево обрело еще одно отражение в глазах и памяти человека, который любит не только фотографировать, но и писать всякую лабуду. Дерево блуждало по глазам, дарило себя всем, кто здесь и сейчас, незаметно произрастая уже и в твоем мире

лейпей

удивительно и очень вероятно. дождь не успокаивается, что не может не радовать ни уши, ни глаза и прочее. Идет и не стесняется наполнить собой мир. Проведя немало времени в поднебесной, совершив неповторимое путешествие из ниоткуда, рассыпается, продолжая менять свои имена, многоликий, вездесущий, неописуемый, свежий, пронизывающий своей  непревзойденностью. Конечно, вода она и в африке вода; представить и заблудиться. Лей, дружище, не останавливайся. Ты великолепен в этом образе, собирательный в прямом смысле; откуда ты? риторический до костей вопрос. Отовсюду. Ты никогда не видел океан? Открывай кран, лови, пей чай, пусти его по венам, выходи на улицу и смотри ему в глаза; не видно ни края, ни конца, тоже шумит; "обыкновенный дождь" - скажешь ты; а кто сказал, что будет просто?

входите

темноты многие боятся. Даже придумали "учение - свет, неучение - тьма". Запугивают. Я узнал  себя в зеркале, я узнаю тебя на улице, человек, ты так же жалок, как и вчера; со знанием или без. город промок до нитки и не видно ни одной звезды, знаю, ты тоже хочешь; и ты знаешь, что свет нам нужен, чтобы видеть, а знание, чтобы бояться еще больше темноты

такая

       vdm: ты сегодня такая красивая...

       IS: правда?

       vdm: нет, это шутка

       IS: а

ожуке

о жуке по-жучьи писать не пожучится, потому что не жук я. о жуке по-жучьи только жуку нажужжать можно, да и то поймут его одни жуки, даже мухи посмотрят косо и улетят на говнозапах. жуку пора спать и смотреть жучьи сны, а мне пора к людям. не мешай жуку, не трожь его, лучше иди ко мне, людь

дни

каждый раз, когда ее ломают, он снова спаяет другую, новую, идеальную. И кто знает, может, где-то в глубине своей охотничьей души, взбираясь в центр, он тихонько улыбается, в ожидании вкусной мушки, с которыми так любил дружить кузнечик. У меня нет паутины и я совсем не люблю есть насекомых, так что остается только мечтать о другой, новой, идеальной и радоваться возможности улыбаться

само собой

0

ресницы пытаются шуметь, но кроме детского сквозняка ничего не получается, мини-ветер. А когда они ложатся отдохнуть, я вижу, что совсем забыл о точках. С восклицанием все вроде бы сложилось, а вот с точками никак. А у тебя получалось это всегда, потому что так спокойней засыпать и сны намного ярче. Потому что, получив ответ на интересный вопрос, всегда найдешь другой, не менее интересный. А когда закончатся точки, станет совсем скучно. будешь знать все и доказывать это другим, мне. Слушать, правда, никто не будет, потому что не так важен ответ, как его поиск, не так удивителен мир, как его отражение в твоих глазах. Тогда ты ляжешь рядом со мной и вместе мы забудем о них, обо всех, а улыбки на лицах будут говорить за нас, о нас, перешептываясь с руками и учащенным пульсом, медленно раскручивая знак бесконечности в беспомощный ноль и обратно ресницы пытаются шуметь, но кроме